МЕТОДЫ ОБСЛЕДОВАНИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ
создание документов онлайн
Документы и бланки онлайн

Обследовать

МЕТОДЫ ОБСЛЕДОВАНИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

психиатрия



Отправить его в другом документе МЕТОДЫ ОБСЛЕДОВАНИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ Hits:



дтхзйе дплхнеофщ

ПЕРВЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ ПО ВОПРОСУ СОПРОТИВЛЕНИЯ
СОЗИДАТЕЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ РЕЧИ
ТОПИКА ВООБРАЖАЕМОГО
DE LOCUTIONIS SIGNIFICATIONE
ПСИХИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА ПОЗДНЕГО ВОЗРАСТА
Организация психиатрической помощи осужденным к лишению свободы
МЕТОДЫ ОБСЛЕДОВАНИЯ СИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ
СОВРЕМЕННЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ В ПСИХИАТРИИ
СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ОБ АНАЛИЗЕ СНОВИДЕНИЙ
ПСИХИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА ПРИ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЕ И ЛУЧЕВОМ ПОРАЖЕНИИ
 

МЕТОДЫ ОБСЛЕДОВАНИЯ ПСИХИЧЕСКИ БОЛЬНЫХ

1 .Клиническое обследование

1.1. Опрос больного и сбор анамнеза

Опрос больного. В психиатрии опрос больного считается важ­нейшим методом обследования Большинство симптомов психи­ческих расстройств можно выявить только со слов больного (явле­ния психического автоматизма, навязчивые мысли и опасения, бредовые идеи, многие обманы чувств, деперсонализационные и дереализационные нарушения и др.). Некоторые психические на­рушения на основании наблюдения за поведением больного мож­но лишь заподозрить (слуховые галлюцинации, когда больной к чему-то прислушивается, бред преследования — по напряженному и испуганному виду и т.д.). При резком возбуждении, ступоре, на­рушенном сознании расспрашивать приходится после того, как эти состояния минуют. С больным в психотическом состоянии лучше беседовать, предварительно получив о нем сведения от родных и близких, но при непсихотических расстройствах первым лучше расспрашивать самого больного, что повышает его доверие к врачу.

Опрос требует от психиатра определенных навыков, которые приобретаются в процессе накопления профессионального опыта. С одной стороны, больному всегда надо дать высказаться, а с дру­гой — инициатива всегда должна быть в руках врача. Какая-либо единая схема невозможна. Начинать обычно приходится с того, что послужило причиной обращения к психиатру. От врача всегда требуются выдержка, терпение, неизменная доброжелательность и сочувствие даже при явно враждебном отношении к нему боль­ного. Однако всегда необходимо сохранять дистанцию, не допус­кать фамильярности. Никогда не следует скрывать от больного це­ли расспроса, представляться кем-либо другим, а не врачом-пси­хиатром. При отказе отвечать на вопросы важнейшие из них все же должны быть заданы и отмечена реакция больного на них.



В задачу расспроса входит выяснить, насколько больной по­нимает происходящее вокруг, ориентирован в месте и времени, сохранена память на важнейшие события в его жизни и на собы­тия, предшествовавшие обращению к врачу. Больного просят дать объяснение тем его поступкам или высказываниям, которые у других могли вызвать подозрение о психическом расстройстве.

Если больной сам не высказывается о своих болезненных пере­живаниях, то ему задают наводящие вопросы о галлюцинациях, бреде и других расстройствах, наличие которых можно предполо­жить, судя по его поведению или по полученным о нем сведени­ям. Всегда полезно задать вопрос о наличии суицидальных мыслей не только в настоящем, но и когда-либо в прошлом. Важно также выяснить отношение больного ко всем выявленным болез­ненным переживаниям и особенностям поведения: отсутствие критики, частичное, неустойчивое или достаточное критическое отношение к ним.

Расспрос больного следует проводить в отсутствие его родны 252e45dc х и близких.

Анамнез в психиатрии принято разделять на субъективный и объективный, хотя эти обозначения весьма условны.

Субъективный анамнез. Сведения от самого больного собира­ются в процессе его опроса. Анамнез болезни сводится к выясне­нию, когда и какие ее признаки впервые появились, какие собы­тия этому предшествовали, как эти проявления изменялись, когда исчезали и т.д. Анамнез жизни включает воспоминания: в какой се­мье вырос, кто родители, как учился, какие в детском и подрост­ковом возрасте были нарушения поведения (побеги из дома и т.д.). Важно выяснить, было ли злоупотребление алкоголем, наркотика­ми и другими дурманящими средствами, в каком возрасте нача­лось, насколько интенсивным было. Существенными являются данные о том, как больной оценивает свой социальный статус — трудовой и семейный: удовлетворен ли им, чем тяготится и чего ему недостает. Представляет интерес спросить больного о тех со­бытиях прошлой жизни, которые он сам считает самыми тяжелы­ми, как он их переживал, были ли суицидальные мысли и попыт­ки. Соматический анамнез, кроме перенесенных тяжелых заболе­ваний, должен учитывать сведения о черепно-мозговых травмах, даже с мгновенной потерей сознания, о нейроинтоксикациях и мозговых инфекциях и склонность к аллергическим реакциям.

Объективный анамнез — сведения, получаемые от родных и близких и других лиц, хорошо знающих больного. Эти сведения лучше получать от каждого по отдельности, в отсутствие других. Название «объективный» является условным, так как каждый оп­рашиваемый в свой рассказ привносит субъективное отношение к больному. Врач должен руководить беседой, узнавая факты и пресекая попытки навязать себе чужое мнение. Так же собирают анамнез болезни: выясняют, когда и какие ее проявления возник­ли и что этому могло способствовать, а также анамнез жизни: све­дения о наследственной отягощенности (психические болезни, слабоумие, алкоголизм и наркомании, суициды среди кровных родственников, а также наличие среди них лиц с необычно тяжелым характером). От родителей можно узнать об особенностях развития в детстве. Далее им задают те же вопросы, что и самому больному. Важно выяснить, о чем больной умолчал и что предста­вил по-иному.

1. Осмотр больного

Осмотр психиатра отличается от обычного соматического. Должны быть отмечены следы повреждении (кровоподтеки, сса­дины, рубцы от бывших порезов и ожогов, многократных инъек­ций, следы от странгуляционной борозды на шее) и описаны в ис­тории болезни, что важно для возможных последующих экспер­тиз. Если в психиатрический стационар поступает неизвестный без документов, то должны быть описаны его основные внешние приметы: рост, телосложение, цвет глаз и волос, приблизитель­ный возраст, родимые пятна, татуировки и рубцы на теле, а также имеющиеся физические недостатки.

Неврологический осмотр проводится по правилам, излагае­мым в учебниках нервных болезней. Важно отметить так называ­емые минимальные нарушения (асимметрия лицевой иннерва­ции, сухожильных рефлексов и т.д.), которые могут быть следст­вием резидуального органического (посттравматического и др.) поражения головного мозга.

Соматический осмотр больных, неспособных предъявить жа­лобы, должен быть особенно тщательным. При наличии некото­рых видов бреда, негативизме больные могут намеренно утаивать соматические нарушения.

Если из-за резкого возбуждения и сопротивления больного ос­мотреть не удается, то это должно быть отмечено в истории болезни.

1.3. Наблюдение за поведением больного

Наблюдение за поведением осуществляет не только врач. В стационарах дежурный средний медицинский персонал ведет спе­циальные дневники, где отмечает за период своей смены особен­ности поведения каждого больного, находящегося под строгим или усиленным наблюдением. Об остальных больных записи дела­ют по мере надобности (нарушения режима, конфликты, отказ от еды или видимые внешние проявления психических расстройств).

Врач начинает наблюдение с первого контакта с больным. При возбуждении отмечают его особенности: целенаправленные действия или бессмысленные стереотипно повторяющиеся дви­жения, возгласы, мимика, реакция на окружающее. При заторможенности надо оценить ее степень. Во время беседы отмечаются особенности интонации голоса больного (монотонность, скорб­ность и т.д.), живость мимики, жесты, а также особенности речи (быстрая, медленная, задержки, тихая и т.д.). На поведении могут ярко отражаться галлюцинации (больной к чему-то пристально приглядывается, прислушивается, принюхивается) и бред (край­няя подозрительность и настороженность, внезапная агрессия по отношению к кому-либо).


1.4. Специальные клинические карты и шкалы для оценки психических расстройств

В связи с компьютеризацией медицинской документации по­лучили распространение различные стандартизированные оцен­ки психических нарушений, например формализованные исто­рии болезни. Идею возможности подобной оценки еще в 1918 г. высказал выдающийся немецкий психиатр Э. Крепелин.

С середины 60-х годов было предложено множество схем, карт с перечислением симптомов и шкал, где выраженность каждого симптома, кроме того, оценивается в баллах. Выделяют два ос­новных типа шкал — самооценки и «объективные».

Шкалы самооценки заполняет сам больной. В основном они предназначены для непсихотических расстройств, например для больных с неврозами, которые дают оценки в баллах каждой из своих жалоб (утомляемость, раздражительность, плохой сон и т.д.) до и после лечения.

«Объективные шкалы» заполняются врачом на основании кли­нического обследования больного. В баллах оценивается тяжесть каждого симптома — суммарный балл отражает тяжесть состоя­ния. Например, в первой разработанной в нашей стране шкале Ю.Л. Нуллера и И.Н. Михаленко (1966) для оценки тяжести де­прессий градуировались в баллах степень угнетения настроения, тревога, страх, идеи самообвинения, двигательная заторможен­ность и др.

 Психологическое обследование

Психологическое обследование проводится специалистами — медицинскими (клиническими) психологами или врачами, полу­чившими специальную подготовку по медицинской психологии. Задачей является обнаружение нарушений психических процес­сов — восприятия, памяти, внимания, мышления, оценка особен­ностей интеллекта и личности в целом. Важны те инициальные, маловыраженные нарушения, которые еще могут не проявляться при клиническом обследовании. Например, с помощью специ­альных приемов, когда в начале шизофрении еще не проявились нарушения мышления, могут быть установлены характерные ис­кажения процесса обобщения. При надвигающемся атеросклеротическом слабоумии тонкие нарушения памяти и внимания так­же могут быть установлены только с помощью специальных пси­хологических методик. У больных с дефектами психики в целях реабилитации психологические исследования позволяют оценить наиболее сохранные стороны личности, навыки и умения. Спе­циальные приемы предназначены для обнаружения тех болезнен­ных переживаний, которые больной не раскрывает, например скрытой депрессии или психотравмирующих ситуаций.

Направляя больного на психологическое обследование, необ­ходимо сформулировать вопросы, в первую очередь интересую­щие врача и позволяющие выяснить уровень интеллекта, наличие нарушений мышления, характерных для шизофрении; изменений памяти и внимания, присущих органическому поражению мозга; личностных особенностей при неврозах и психопатиях и т.д.

Оценка уровня интеллекта чаще всего осуществляется с помо­щью теста Векслера. На основании выполнения обследуемым за­даний вычисляется коэффициент интеллектуальности — «ай кью» (IQ — Intellectual Quotient), официально принятый для этой цели Всемирной организацией здравоохранения. Средней нормой счи­тается 100, но в современной здоровой популяции в развитых странах у большинства величина выше 100. Величины от 90 до 70 считаются областью пограничной, «низкой нормой», но не рас­сматриваются как слабоумие. К дебильности относят величины от 70 до 50, к имбецильности, т.е. глубокому слабоумию, - ниже 50.

Выявление искажения процесса обобщения как притока, харак­терного для шизофрении. При искажении обобщение осуществля­ется по несущественным признакам. Для этого используются раз­личные приемы. Один из них состоит в том, что из 4 картинок с предметами требуется отобрать лишнюю, не подходящую к другим («четвертый лишний»). Например, на 3 картинках нарисованы цветы (роза, ромашка, сирень), а на 4-й — фрукт (виноград). Боль­ной шизофренией отбирает как лишнюю ромашку («все растут на кустах, а она на земле»). Однако подобный признак выявляется не у всех больных шизофренией и в то же время иногда встречается при шизоидной психопатии и акцентуации характера.

Нарушения памяти можно оценить с помощью таких простых приемов, как запоминание 10 слов, не связанных по смыслу. Воз­можность их воспроизведения проверяется сразу (кратковремен­ная память) и через несколько часов (долговременная память). Другими приемами проверяется воспроизведение коротких рас­сказов (смысловая память) или показанных картинок (зрительная память) и др.

Нарушения внимания можно обнаружить с помощью коррек­турных проб (зачеркивание в тексте 1—2 определенных букв — учитываются пропуски и ошибки).

Выявление скрытой депрессии и тревоги может также достигаться разными приемами. Распространен цветовой тест М. Люшера (в норме предпочитаются красный, желтый, зеленый цвета, при депрес­сии — черный, серый, коричневый, фиолетовый). Некоторые лично­стные опросники имеют специальные шкалы депрессии. Для выяв­ления тревоги также разработаны специальные приемы, например шкала тревоги Ж. Тейлор. По ответам на косвенные вопросы (нали­чие кошмарных сновидений и т.д.) судят о степени тревожности.

Оценка личностных особенностей производится чаще всего с по­мощью разработанного в США и адаптированного в нашей стране Миннесотского многопрофильного личностного опросника — «эм-эм-пи-ай» — MMPI (Minnesota Multiphasic Personality Inventory). С помощью этого метода можно выявить склонность к ипохондричности, депрессии, истерические, психастенические и другие осо­бенности личности. Для диагностики типов характера у взрослых предназначен опросник Г. Шмишека, а у подростков — патохарактерологический диагностический опросник (ПДО) Иванова—Личко.

Выявление психотравмирующих факторов и болезненных пере­живаний, которые больной не раскрывает, бывает особенно важ­ным как для диагностики и прогноза, так и для психотерапии. Ча­ще всего для этого используются проективные методы. Среди них наиболее известна методика неоконченных предложений: обсле­дуемому предлагают закончить фразы вроде «Супружеская жизнь кажется мне...», «Настоящий друг тот, кто...» и т.д. Применяется также Тематический апперцепционный тест (ТАТ) — картинки с изображением различных ситуаций, которые испытуемый дол­жен прокомментировать (например: «Прохожего обрызгала гря­зью проехавшая автомашина»).

Оценка внутрисемейных отношений также может осуществ­ляться методами психологической диагностики. Детям предлага­ют нарисовать их семью. По тому, как изображаются и где распо­лагаются на листе члены семьи, понятны их отношение к ребенку и отношения между собой.

Ставятся также другие задачи психологической диагностики. Для их решения прибегают к множеству методов, сведения о ко­торых врач может получить в специальном справочнике (Бурлачук Л.Ф., Морозов СМ. Словарь-справочник по психологичес­кой диагностике. - Киев: Наукова Думка, 1989).

Медицинский психолог представляет врачу-психиатру получен­ные результаты психологического обследования больного и их толко­вание. Эти данные для клинического диагноза служат только вспомо­гательным материалом, их окончательная оценка остается за врачом.

3. Нейрофизиологическое обследование

Среди нейрофизиологических методов наиболее часто при об­следовании психически больных используется электроэнцефало­графия, реже реоэнцефалография и эхоэнцефалография.

Электроэнцефалография (ЭЭГ) представляет собой запись би­отоков клеток мозга, отражающих происходящие в них процессы метаболизма. Эти биотоки очень слабые — порядка 10—15 микро­вольт. Для того чтобы их зарегистрировать, используют усилите­ли. ЭЭГ наиболее важна для диагностики эпилепсии и эпилепти­ческих психозов: выявляются острые волны, пики, комплексы пик — волна и другие проявления судорожной активности. По­добная активность может быть зарегистрирована у лиц, у которых никогда не было никаких эпилептических припадков, но риск их возникновения у них очень высок («скрытая эпилепсия»). Наобо­рот, у некоторых больных эпилепсией между припадками судо­рожная активность на ЭЭГ полностью отсутствует. Гипервентиля­ция (глубокие вдохи и выдохи в течение 1—2 мин) способствует ее выявлению вследствие снижения содержания углекислоты в кро­ви. Прием противосудорожных средств и некоторых психотроп­ных препаратов подавляет судорожную активность.

ЭЭГ используется также как вспомогательный прием для диа­гностики органических поражений головного мозга. При психи­ческих расстройствах, с ними связанных, обычно отмечаются уме­ренные диффузные изменения биоэлектрической активности мозга. Иногда же они наиболее выражены в височно-теменных, лобных или затылочных областях обоих или одного из полушарий.

Для эндогенных депрессий считается характерным изменение ЭЭГ во время сна (сокращается фаза медленных дельта-волн), но, для того чтобы их выявить, требуется многочасовая ночная реги­страция. При других психических расстройствах каких-либо спе­цифических нарушений ЭЭГ не обнаружено.

Реоэнцефалография (РЭГ) — регистрация особенностей крово­снабжения мозга путем измерения колебаний электрического со­противления тканей головы. Кривая РЭГ синхронна с пульсом. РЭГ позволяет распознать поражения сосудов головного мозга. При церебральном атеросклерозе вершины волн вместо острых в норме становятся сглаженными, аркообразными.

Эхоэнцефалография (ЭхоЭГ) — исследование мозга с помощью ультразвука, основанное на принципе эхолокации. Используется для обследования, когда возникают подозрения, что психическое расстройство связано с очаговым поражением в головном мозге, например с опухолью. В этих случаях срединные структуры мозга смещаются в здоровую сторону. При наличии в мозге крупного атрофического очага смещение происходит в больную сторону.

4. Нейрорентгенологическое обследование

Краниография — рентгенограмма костей черепа — позволяет по косвенным признакам судить об органическом поражении мозга. Например, усиление пальцевидных вдавлений служит признаком длительного повышения внутричерепного давления. Участки из­быточного обызвествления встречаются после перенесенных че­репно-мозговых травм.

Пневмоэнцефалография (ПЭГ) — рентгенограмма мозга, прово­димая после выпускания части спинномозговой жидкости и введе­ния вместо нее воздуха или кислорода, которые заполняют желу­дочки мозга и субарахноидальное пространство. Этим методом уда­ется выявить спаечные процессы в мозговых оболочках, некоторые опухоли, атрофические изменения. С появлением компьютерной томографии головы данный метод можно считать устаревшим.

Ангиография сосудистой системы мозга производится путем введения через сонную артерию контрастных или радиоактивных веществ с последующей рентгенографией. Позволяет выявить по­ражения мозговых сосудов, а также локальные поражения мозга (опухоли и др.). Необходимо согласие больного или его родных на данную процедуру.

Компьютерная томография головы — автоматизированное по­слойное рентгенологическое исследование тканей мозга с анали­зом результатов на ЭВМ и последующим построением объемного изображения на специальном экране. Является ценным методом для выявления локализации очагов поражения в головном мозге. Этим методом диагностируются мозговые опухоли, атрофические процессы, кисты, абсцессы и т.д.



Позитронно-эмиссионная томография основывается на разли­чиях распределения радиоизотопов, которыми «метятся» вводи­мые глюкоза, нейромедиаторы или различные лекарства, по кото­рым можно судить о локальных изменениях метаболизма в мозге, нейрорецепторах, кровоснабжении и т.д. Полученные данные синтезируются на ЭВМ. Является одним из новейших и перспек­тивных диагностических методов, возможности которого еще полностью не раскрыты.

5. Фармакологические методы обследования

Лекарственные средства могут использоваться не только для лечения, но и для диагностики, обычно в виде однократного их введения и оценки реакции на них.

Барбамил-кофеиновое растормаживание раньше широко при­менялось у больных в состоянии ступора даже для того, чтобы их накормить, а также для выявления бредовых и галлюцинаторных переживаний, которые больной не раскрывал.

Внутривенно вводили от 2 до 8 мл (чаше 4—6 мл) 5% раствора барбамила и 1—2 мл 10% раствора кофеина (впрочем, барбамил без кофеина действовал так же). На несколько минут возникают эйфория, болтливость, желание поделиться своими мыслями. Однако при сильном и настойчивом желании скрыть свои переживания эта способность может сохраниться. После того, как барбамил в нашей стране был включен в список наркотиков, этот препарат следует использовать только по строгим показаниям.

Седуксеновый тест — внутривенное введение 20—40 мг седуксе­на (диазепам, реланиум) в виде 0,5% раствора — служит для выбо­ра эффективной терапии при депрессии. Если после вливания де­прессивные переживания на время исчезают, то показаны противотревожные средства (например, феназепам, амитриптилин), если же сохраняются, то более эффективен мелипрамин.

Дексаметазоновый тест служит для дифференциального диагноза эндогенных и реактивных депрессии. В норме прием дексаметазона через сутки вдвое снижает в крови уровень кортизола (или его метаболита — 11-оксикетостероида). При эндогенной ме­ланхолической депрессии подавление экскреции кортизола над­почечниками под действием дексаметазона не происходит или оно резко ослабевает. При реактивных и тревожных депрессиях результаты теста обычно существенно не отличаются от нормы.

Терапия ex juvantibus — «лечение на пробу», когда эффект от примененного лекарства подтверждает диагноз.

Например, при скрытых эндогенных депрессиях лечение ан­тидепрессантами вызывает заметное улучшение настроения, в то время как в отсутствие депрессии антидепрессанты таким дейст­вием не отличаются.



6. Другие лабораторные исследования

6.1. Исследование спинномозговой жидкости

Люмбальная пункция (поясничный прокол) для получения спинномозговой жидкости осуществляется врачом. Специальную иглу для пункций, снабженную мандреном (ее длина 10—12 см), вводят в конечную цистерну спинного мозга между III и IV или IV и V поясничными позвонками (у детей между V поясничным и I крестцовым). Больной сидит нагнувшись вперед и наклонив го­лову или лежит на боку, согнув ноги и прижав их к животу, а голо­ву и шею максимально приведя к груди. После прокола кожи при дальнейшем углублении иглы ощущается препятствие при проко­ле межпозвонковых связок. Вынув мандрен, можно увидеть выте­кающие из тыльного конца иглы капли ликвора. Для анализа бе­рут в пробирку 4—8 мл. Очень частые капли, а тем более струя ликвора свидетельствуют о повышении внутричерепного давле­ния. Свежая кровь в ликворе может быть от повреждения мелких сосудов, при проколе. При арахноидальных и мозговых кровоиз­лияниях ликвор имеет вид мясных помоев. После пункции паци­ент в течение 2—3 ч должен лежать, не поднимая головы, а в тече­ние суток — соблюдать постельный режим.

Люмбальная пункция производится только с согласия больно­го, а при его неспособности дать согласие, при бессознательном состоянии или тяжелом психическом расстройстве, — с согласия родных или близких.

Показанием для пункции служат подозрения, что психические расстройства вызваны сифилитическим, опухолевым, воспали­тельным или иным органическим поражением головного мозга.

Содержание клеточных элементов (в норме 3—5 клеток в 1 мкл) резко возрастает при менингитах, меньше — при энцефалитах и мозговых опухолях (до 100 в 1 мкл). При острых воспалениях пре­обладают нейтрофилы, при хронических — лимфоциты.

Содержание белка (в норме 0,15—0,3 г/л) возрастает и при вос­палительных процессах, и при опухолях. Но для опухолей, затруд­няющих венозный отток от мозга, особенно характерна «белково-клеточная диссоциация»: содержание белка возрастает в десятки раз, а цитоз увеличивается незначительно.

Реакция Ланге особенно важна для распознавания сифилити­ческого поражения мозга. Используют 16 пробирок с разведени­ем ликвора от 1:10 000 до 1: 320 000, к которым добавляют колло­идный раствор золота, имеющий красный цвет. В норме цвет не меняется (это обозначают цифрой 1) или становится красно-фи­олетовым (2). При патологических изменениях цвет может стать фиолетовым (3), синим с красноватым оттенком (4), синим (5), голубым (6) и даже бесцветным (7). Для сифилиса мозга характе­рен существенный сдвиг в разведениях от 1:40 до 1:640 («сифили­тический зубец» на графике), для прогрессивного паралича - рез­кие изменения в пробирках со слабым разведением и постепен­ная нормализация по мере увеличения разведения. При менинги­тах максимальные изменения наблюдаются при разведениях от 1:640 до 1:5000. Реакцию изображают в виде графика или формулы с цифровым обозначением цвета в каждой из 16 пробирок.

Например:

Норма                                                 1122211111111111

Сифилис мозга                      2246531111111111

Прогрессивный паралич      5566532211111111

Менингит                               1235567776533222

Серологические реакции с ликвором ставятся также для распо­знания сифилитического поражения мозга (реакции Вассермана, Кана, Закса-Витебского, иммобилизации трепонем — РИТ, иммунофлюоресценции — РИФ и др.), а также для диагностики цистицеркоза (с антигеном цистицерка).

6. Исследование крови и мочи

Общепринятые анализы крови и мочи производятся прежде всего, чтобы не пропустить сопутствующие инфекционные и дру­гие соматические заболевания. Особенно они важны у больных, которые сами не предъявляют соматических жалоб.

При лечении психотропными средствами встречаются, хотя и редко, осложнения со стороны органов кроветворения и почек. При лечении аминазином и другими производными фенотиазина, а также лепонексом (клозапином) и мелипрамином описаны слу­чаи агранулоцитоза (резкое уменьшение числа нейтрофилов в кро­ви до полного их исчезновения при относительном лимфоцитозе). Длительное лечение галоперидолом может вызвать л имфомоноцитоз. Клинические анализы мочи особенно необходимы, чтобы не пропустить стертые заболевания почек, которые могут служить противопоказаниями для лечения психотропными средствами.

Биохимические анализы крови и мочи производят по специаль­ным показаниям. Определение содержания глюкозы в крови не­обходимо не только при подозрении на сахарный диабет, но и при проведении инсулинотерапии психозов и при подозрении на ин­токсикацию гашишем (гипогликемия). При лечении препарата­ми лития маниакально-депрессивного и шизоаффективного пси­хозов необходимы регулярное (сперва один раз в месяц, затем — один раз в 2—3 мес.) определение его концентрации в крови. Она должна быть от 0,6 до 1,2 мэкв/л. При длительном лечении ами­назином необходимо также проверять протромбиновыи индекс в связи с опасностью развития тромбоэмболической болезни.

Для того чтобы проверить, принимает ли пациент назначен­ные ему психотропные средства, проводят специальные биохи­мические исследования мочи.

7. Психиатрическая история болезни

История болезни является не только медицинским, но и юри­дическим, и научным документом.

Психиатрическая история болезни имеет ряд особенностей.

В паспортной части, например, необходимо указать адрес не только больного, но и фамилию, имя, отчество, адрес и телефон его ближайшего родственника. При первом осмотре должно быть отмечено, по чьей инициативе и по какой причине обратились к психиатру или госпитализировали больного. Далее описывается психический статус при первом осмотре: ориентировка в окружа­ющем, признаки нарушения сознания, проявления расстройств восприятия, мышления, памяти. Подробно описываются как жа­лобы больного (если он отказывается их предъявлять, то это должно быть отмечено), так и высказываемые им бредовые идеи, а также идея навязчивости, двигательные и речевые нарушения. Оценивается степень критичности больного к своему поведению и высказываниям

Не следует перегружать записываемые сведения незначимой информацией (например, перечислять у взрослых пациентов пе­ренесенные без осложнений детские инфекции) или отмечать от­сутствие симптомов, которые вряд ли могут быть при данном синдроме (например, отсутствие суицидальных мыслей у эифорического больного). При описаниях нельзя пользоваться одной психиатрической терминологией (вроде «у больного бред пресле­дования», «имеются слуховые галлюцинации» и т.д.), необходимо приводить высказывания больного или описывать его поведение, из чего следовала бы констатация определенных расстройств.

Если можно выяснить анамнез со слов больного, то его запи­сывают вслед за статусом (чтобы было видно, в каком состоянии анамнез собран). Если это не удается, то анамнез оформляют в по­следующем, когда состояние больного улучшается. Если больного сопровождают близкие, то сведения собирают также с их слов.

Осмотр пациента включает неврологическое обследование и определение соматического статуса.

Рекомендации по сбору анамнеза и осмотру больного даны в предшествующих разделах.

Дневниковые записи включают высказывания больного, ре­зультаты наблюдения за его поведением, консультации специали­стов, лабораторные исследования и все лечебные мероприятия Частота записей определяется состоянием больного — от несколь­ких в течение одних суток (тогда указывается час) при острых и опасных для жизни состояниях до одной в неделю у хронических стационарных больных.

При домашних отпусках записываются сведения о дне и часе ухода и возвращения, о выданных на руки лекарствах и психиче­ском состоянии до и после отпуска, а также о поведении дома (со слов близких).

Если пациент лечился ранее в других психиатрических учрежде­ниях, то от них запрашиваются медицинские сведения. При выпи­ске история болезни завершается эпикризом, кратко отражающим все ее содержание. Копия данного эпикриза обычно высылается по запросу других психиатрических учреждений и служит медицин­скими сведениями. Сама же история болезни выдается только по требованию прокурора или суда под расписку их представителя.

8. Эпидемиология психических расстройств

Эпидемиология (от греч. epi — на, + dem — народ + logos — уче­ние) в психиатрии представляет ее раздел, изучающий распрост­ранение психических расстройств среди населения.

Основными эпидемиологическими показателями в нашей стране служат заболеваемость, болезненность и риск заболевания.

Заболеваемость — число больных в пересчете на 1000 или на 10000 населения, впервые заболевших психическим расстройст­вом в течение определенного времени (обычно 1 года).

Болезненность — общее число больных среди населения (т.е. заболевших как в текущем, так и во все прошлые годы) в данное время (также обычно в пересчете на 10000 населения).

Риск заболевания— вероятность возникновения психического расстройства у отдельного человека

В американской психиатрии приняты сходные показатели: число заболевших в течение определенного времени (incidence) и распространенность заболевания (prevalence), но последняя включает два показателя: распространенность в данный момент (point-prevalence) и общее число случаев болезни за определен­ный период (period prevalence), которая слагается из суммы inci­dence + point = prevalence.

Заболеваемость, болезненность и риск заболевания исчисляются для всех психических расстройств в целом, отдельно — для психозов, а также для каждого из психических заболеваний и расстройств.

Диспансерный учет служит основным источником сведений для определения указанных показателей. Другими источниками являются регистрация поступающих и выписывающихся из пси­хиатрических больниц и полустационаров, данные профилакти­ческих осмотров, осмотров призывников и др.

Точность показателей определяется полнотой получаемых сведений, а последняя — организацией учета, доступностью пси­хиатрической помощи населению, а также его культурой, от кото­рой зависит обращение к психиатрам. Но всегда какая-то часть больных остается неучтенной, поэтому реальные показатели вы­ше исчисляемых. Наиболее ярким примером в этом отношении могут служить показатели распространения наркоманий.

Риск заболевания зависит не только от его распространеннос­ти, но и от ряда других факторов — возраста, пола, наследственно­сти, биологических и социально-психологических вредностей.

В детстве высок риск заболевания неврозами и начала разви­тия эпилепсии, в подростковом и юношеском возрасте резко воз­растает риск заболеть шизофренией Риск начала паранойяльно­го развития наиболее высок в зрелом возрасте. Пресенильные и старческие психозы уже и названы по возрасту, в котором они возникают. Шизофренией чаще болеют мужчины, а маниакаль­но-депрессивным психозом — женщины.

Транскультуральные (они же кросскультуральные) эпидемиоло­гические исследования. Их задача — сопоставление распространен­ности различных психических расстройств в разных культурах — национальных, региональных, социальных. В нашей стране, на­пример, истерические психозы наиболее распространены среди народностей Крайнего Севера. Уровень алкоголизма высок в Рос­сии, в государствах Средней Азии более распространены гаши­шизм и опиизм.

Психические эпидемии — массовое распространение какого-ли­бо психического расстройства в определенном регионе в какую-либо эпоху. С XI века в средневековой Европе известны массовые вспышки истерии, включая истерические психозы (галлюцина­торные видения, охватывающие толпы людей, одержимость дья­волом, превращение в животных и др.). Во время первой мировой войны среди солдат воюющих армий возникла эпидемия «травма­тического невроза»: даже после очень легких или мнимых конту­зий возникали истерическая глухота, немота, парезы и др. В 50—70-х годах 20-го века по ряду развитых стран прокатилась вол­на эпидемии подростковых наркоманий. Причины всех этих эпи­демий, как правило, социально-психологические.

Не следует, однако, рассматривать как «психические эпиде­мии», т.е. как повальное распространение психических расст­ройств, проявления массового фанатизма — религиозного, идео­логического, национального, расового, какие бы уродливые и чу­довищные формы этот фанатизм не принимал. Лидеры и вожди подобных фанатичных движений могут оказаться лицами, стра­дающими психическими расстройствами, но поведение следую­щих за ними масс служит предметом изучения социальной психо­логии, а не психиатрии.