МАНИАКАЛЬНО-ДЕПРЕССИВНЫЙ ПСИХОЗ
создание документов онлайн
Документы и бланки онлайн

Обследовать

Администрация
Механический Электроника
биологии
география
дом в саду
история
литература
маркетинг
математике
медицина
музыка
образование
психология Общественные науки логика психиатрия социология философия
разное
художественная культура
экономика


МАНИАКАЛЬНО-ДЕПРЕССИВНЫЙ ПСИХОЗ

психиатрия


Отправить его в другом документе Tab для Yahoo книги - конечно, эссе, очерк Hits: 1036


дтхзйе дплхнеофщ

ПЕРВЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ ПО ВОПРОСУ СОПРОТИВЛЕНИЯ
ПЕРВЫЕ ЗАМЕЧАНИЯ ОТНОСИТЕЛЬНО БАЛИНТА
ZErniCH-ENTWICKEUJNGSGESCHICHTE
АНАЛИЗ ДИСКУРСА И АНАЛИЗ СОБСТВЕННОГО Я
ТОПИКА ВООБРАЖАЕМОГО
ПСИХИЧЕСКИЕ РАССТРОЙСТВА ПОЗДНЕГО ВОЗРАСТА
РАССТРОЙСТВА ОЩУЩЕНИЙ, ВОСПРИЯТИЙ И ПРЕДСТАВЛЕНИЙ
ОЛИГОФРЕНИИ
СОВРЕМЕННЫЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ОБ АНАЛИЗЕ СНОВИДЕНИЙ
 

МАНИАКАЛЬНО-ДЕПРЕССИВНЫЙ ПСИХОЗ

Маниакально-депрессивный психоз (маниакально-де­прессивное заболевание, циркулярный психоз, циклофре-ния, циклотимия) — эндогенное заболевание, которое про­текает в виде приступов или фаз с аффективными рас­стройствами, светлыми промежутками между приступами, т. е. полным восстайовлением психического здоровья и от­сутствием изменений личности, независимо от количества перенесенных приступов. Заболевание может протекать в виде биполярных приступов (именно маниакально-депрес­сивный психоз) и монополярных (монополярный депрессив­ный психоз и монополярный маниакальный психоз).

Термин “циклотимия” впервые применил К. Кальбаум для мягких, ослабленных вариантов болезни.


В 1883 г. Э. Крепелин назвал это заболевание “циркулярной душевной болезнью”. В 1899 г. в 6-м издании своего учебника он ввел понятие “маниакально-депрессивный психоз”, в который включил все формы пе­риодических психозов.

1. Клинические проявления

Для маниакально-депрессивного психоза характерно че­редование аффективных психотических приступов или фаз и светлых промежутков.



Для оценки психотических приступов обычно пользуются термином “фаза”, понимая под этим ограниченное во вре­мени психопатологическое состояние. После минования фа­зы полностью восстанавливается психическое здоровье. Про­должительность фаз различна — от нескольких дней до н 838c28gi ескольких лет. Средняя продолжительность — 3—6 мес.

Для маниакально-депрессивного психоза характерна се­зонность возникновения фаз. Известно, что у некоторых больных фазы возникают в определенные месяцы, чаще осенью и весной. Число фаз различно: у части больных фазы возникают ежегодно, у других наблюдается только одна фаза на протяжении всей жизни.

Психические нарушения при маниакально-депрессивном психозе наблюдаются в виде аффективных расстройств, из­менений в мыслительной и двигательной сферах. При ма­ниакальных и депрессивных состояниях эти нарушения но­сят противоположный характер. Для депрессивных и для маниакальных состояний характерны вегетативные и сома­тические расстройства, свидетельствующие о “симпатико-тонической направленности” вегетативной нервной системы (В. П. Протопопов).

1.1. Депрессивные состояния (фазы)

Депрессивные состояния (фазы) характеризуются триа­дой психических расстройств: пониженным настроением, замедлением мыслительных процессов и двигательной за­торможенностью.

Психические нарушения. Пониженное настроение, по­давленность, тоска являются наиболее характерными при­знаками депрессивной фазы. Выраженность эмоциональных нарушений бывает различной — от легких степеней подав­ленности и безрадостности до переживания витальной тоски, с безысходностью, отчаянием. Мучительными бывают пе-


реживания “предсердечной тоски” с ощущениями сжимания или тяжести в области сердца, иногда с ощущением свое­образной жгучей боли. Обычно еще более мучительными бывают “моральные страдания”, глубина и тяжесть которых несравнимо мучительнее физической боли.

Возникновению депрессивной фазы иногда предшествуют нарушения сна, аппетита, неприятные ощущения в области сердца, сердцебиения, сухость во рту, запоры', задержка месячных у женщин. Такое состояние ошибочно расцени­вается как соматическое заболевание — функциональное нарушение сердечно-сосудистой системы и т. д. В легких случаях эмоциональные нарушения проявляются в подав­ленном настроении, которое сопровождается склонностью к сомнениям, неуверенностью в своем будущем, плохим са­мочувствием, психической и физической утомляемостью.

В тяжелых случаях нарастает мучительное переживание тоски, несравнимое с житейским горем. Никакие радостные события не могут вывести из этого состояния. Наиболее тяже­лой формой проявления аффекта тоски является состояние, получившее название “взрыв тоски” — raptus melancholicus, которое проявляется во внезапном взрыве отчаяния с возбуж­дением, рыданиями, стонами, стремлением нанести себе по­вреждения, суицидальными попытками.

Обычно наблюдаются достаточно четкие суточные коле­бания в выраженности депрессивных переживаний. Больные испытывают тоску и тревогу в ранние утренние часы, к вечеру состояние несколько улучшается, сами больные часто говорят, что к вечеру “тоска как бы отпускает”.

Внешний вид больных соответствует их аффективным переживаниям: мимика и выражение глаз говорят о скорби и печали, при тяжелых тоскливых состояниях глаза оста­ются сухими, мигание редкое. Внутренняя треть века вместо дуги образует угловатую складку — складку Верагута. Брови сдвинуты, складки на лбу от постоянного сокращения мышц напоминают греческую букву омегу, губы сухие, плотно сжатые, углы рта опущены, отмечается сухость во рту. Больные сидят в согбенной позе, с опущенной головой, прижатыми к туловищу руками, сдвинутыми коленями.

Замедление мыслительных или ассоциативных процессов выражается в том, что больные отвечают на вопросы с большой задержкой, односложно, тихим голосом, жалуются на отсутствие мыслей или на одни и те же мысли о соб­ственной никчемности и -желании умереть. Внимание со­средоточивается с трудом, память на прошлое не страдает,


фиксация текущих событий затруднена. Любое интеллек­туальное напряжение кажется больным непреодолимым, по­этому они считают себя “идиотами”, “тупицами”. В таком состоянии больные не верят, что подобное состояние может пройти, прошлый опыт не помогает их убедить в благопри­ятном исходе: “Те состояния были легче”. Прошлое, насто­ящее и будущее оценивается мрачно, как цепь бесконечных ошибок и преступлений, будущее ужасно и бесперспективно.

Выраженность двигательной заторможенности различ­на — от легких степеней до депрессивного ступора. Дви­жения часто замедленны, позы однообразны, больные жа­луются, что им трудно двигаться, трудно говорить.

Больные в депрессивном состоянии не строят планов на будущее, не имеют никаких интересов, у них часто возни­кает только одно желание — умереть. Стремление к само­убийству постоянно наблюдается при депрессивных состо­яниях: в одних случаях это мимолетные мысли, в других эти мысли возникают периодически, особенно в ранние утренние часы, когда депрессивные переживания более вы­ражены. У части больных в состоянии депрессии мысли о самоубийстве постоянны и появляются тенденции с обду­мыванием способов его совершения. Больные в этом состо­янии нуждаются в постоянном надзоре и контроле за их действиями. Суицидальные попытки могут носить импуль­сивный характер в момент взрыва тоски и более целенап­равленный — с подготовкой суицидальной попытки заранее. К таким действиям обычно приводят воображаемая беспер­спективность и ожидаемые мучения в будущем. В таком состоянии больные могут совершить “расширенное” само­убийство: сначала они убивают своих детей, престарелых родителей, а затем кончают жизнь самоубийством.

Нарушения мышления у депрессивных больных могут выражаться в сверхценных и бредовых идеях, обусловлен­ных депрессивным аффектом. Наиболее часто наблюдаются идеи самообвинения, основой для которых являются мало­значащие поступки, ошибки, значение которых переоцени­вается и они воспринимаются как тягостные преступления. Больные обвиняют себя в убийствах близких, в растратах, в изменах близким или родине и т. д. Они переживают идеи самоуничижения, считают, что они ничтожные люди, что происходящее с ними — это наказание за подлости, которые они совершали. Утверждают, что недостойны на­ходиться в больнице, получать лечение, есть, пить, спать на постели, их необходимо отправить в тюрьму, уничтожить.


При более легких депрессивных состояниях наблюдаются навязчивые ипохондрические опасения, навязчивые сомне­ния и реже — навязчивые контрастные влечения.

В ряде случаев при утяжелении депрессии больные жа­луются на отсутствие всякого чувства, они говорят, что стали как “чурки”, как “деревяшки”, что они ничего не чувствуют и от этого страдают. Больная говорит, что видит своих детей, но никаких чувств к ним не испытывает. Это состояние больными оценивается как более тяжелое: “Де­прессия — это тяжело, но это человеческое чувство, а бесчувствие ужасно”. Состояние получило название “болез­ненное психическое бесчувствие” (anaestesia psychica dolorosa) и обычно свидетельствует о тяжести депрессии. У депрессивных больных можно наблюдать дереализацию и соматопсихическую деперсонализацию. При наличии де­реализации больные говорят, что окружающий мир восп­ринимается не так четко, как раньше, он утратил яркость красок, живость и жизненность, все воспринимается как через туман, непромытое стекло, дымку, что окружающее похоже на декорации.

При соматопсихической деперсонализации больные не­достаточно четко воспринимают свое тело: “Я как бы рас­творяюсь в окружающем, не чувствую своих границ”. У больных утрачивается ощущение сытости, они не чувст­вуют жажды, не испытывают удовлетворения от опорож­нения мочевого пузыря, не чувствуют, что спали ночью, хотя на самом деле спали.

Вегетативные и соматические расстройства. Эти изме­нения обычно обусловлены повышением тонуса симпатиче­ского отдела вегетативной нервной системы: наблюдаются тахикардия, повышение артериального давления, сухость во рту, отсутствие аппетита, больные жалуются на ощуще­ние распирания в области желудка, кишечника, запоры, отмечается значительное снижение массы тела — до 10 кг и более, что наводит врачей на мысль об онкологическом заболевании у больного и приводит к многочисленным ис­следованиям. У женщин во время приступа болезни часто исчезают месячные.

Варианты депрессивных состояний. В зависимости от преобладания той или иной симптоматики при депрессивной фазе выделяют тревожно-ажитированную депрессию, при которой наряду с тоской имеет место тревожное возбужде­ние, определяющее клиническую картину (эти больные осо­бенно опасны в плане совершения суицидальных попыток),


и ипохондрическую депрессию, при которой большое место в клинической картине занимают различные ипохондриче­ские расстройства и вегетативные, ларвированные, маски­рованные депрессии.

Маскированная депрессия — депрессия с преобладанием различных двигательных, чувствительных и вегетативных расстройств по типу депрессивных эквивалентов.

Наиболее часто маскированные депрессии проявляются соматическими расстройствами, при этом больные жалу­ются на боли в различных частях тела: в области сердца, позвоночника, кишечника, которые носят характер сене-стопатий или сенестоалгий. Боли обычно носят мучитель­ный характер, заставляют больных постоянно обращаться к врачу, подвергаться многочисленным исследованиям. Об­ращают на себя внимание суточные колебания интенсив­ности болей, они наиболее выражены в утренние часы, к вечеру обычно состояние улучшается. Наблюдается и сезонный характер соматических жалоб: весной или осенью больной многократно обращается с жалобами, затем они спонтанно исчезают, но в следующем сезоне могут воз­никнуть снова.

Аффективные расстройства выявляются только при спе­циальных обследованиях и прицельном расспросе больного. При этом обнаруживаются жалобы на слабость, быструю утомляемость, ощущение разбитости, подавленность, более выраженные в ранние утренние часы, нарушения засы­пания и ранние пробуждения с чувством тревоги. Эти аффективные расстройства врачами часто не оцениваются как самостоятельные расстройства, а рассматриваются как реакция личности на соматические жалобы. Сезонность возникновения расстройств, суточные колебания, ранние пробуждения с тревогой, подавленное настроение, сниже­ние трудоспособности более характерны для маскированной депрессии.

Больные, страдающие маскированной депрессией, пред­ставляют опасность из-за возможности формирования у них наркомании, так как на разных этапах болезни из-за жалоб на боли им неизбежно назначают болеутоляющие в том числе наркотические препараты.

На фоне маскированной депрессии возможно злоупот­ребление алкоголем. Вначале применение алкоголя прекра­щается с исчезновением приступа, а затем происходит фор­мирование алкоголизма по своим законам.


1.2. Маниакальные состояния (фазы)

Эндогенные маниакальные состояния характеризуются противоположными депрессии симптомами: повышенным настроением, ускорением мыслительных процессов и воз­никновением различных ассоциаций, психомоторным воз­буждением.

О повышенном настроении — эйфории — В. А. Гиляровский писал: “Все явления, входящие в картину маниакального состояния, в своей основе имеют возбуждение в сфере чувств с повышением настроения, доходящего до степени полного блаженства — эйфории” (1935).

Маниакальные состояния могут быть относительно лег­кие — гипомании, средней выраженности —ти­пичные маниакальные состояния и тяжелые — мания с бредом величия, мания со спутанностью.

Развитие маниакального состояния чаще происходит по­степенно. Вначале больные испытывают прилив бодрости, улучшается настроение, появляется ощущение физического и психического благополучия. Окружающее воспринимается в радужных красках, все психические процессы протекают легко, с повышенной продуктивностью и ослаблением за­держек, облегчающих переход к действию. Сон у таких больных непродолжительный, но глубокий, по утрам они легко встают, быстро включаются в привычную деятель­ность, справляются со всеми своими обязанностями, не испытывают сомнений и колебаний в принятии решений. Самооценка обычно повышена, мимика живая, преобладает веселое настроение. Неприятные события не оказывают вли­яния на настроение. Аппетит чаще бывает повышен, отме­чаются колебания артериального давления в сторону гипер-тензии, тахикардия.

При нарастании маниакального состояния прежде всего настроение становится отчетливо неадекватным: необычно жизнерадостным, прекрасным, больные отличаются “неис­сякаемой” энергией, их охватывает жажда деятельности; однако если на начальном этапе деятельность еще сохраняет продуктивность, то на этом из-за отвлекаемости внимания больные уже не могут ни одно дело довести до конца. Ассоциации возникают по поверхностным признакам, темп мышления ускоряется.

При маниакальном состоянии могут обнаружиться ин­тересы и способности, которых до заболевания никто не замечал. Больные начинают писать стихи, выявляются на­клонности к рисованию, однако с нарастанием маниакаль-


ного состояния продуктивность в этой деятельности стано­вится все более и более беспорядочной.

Поведение больных становится расторможенным, усили­вается сексуальность, больные легко заводят знакомства, вступают в сексуальные связи, говорят на эротические темы. Женщины ярко и броско одеваются, неумеренно пользуются косметикой, переоценивают свои внешние данные, расска­зывают о своих любовных успехах, выглядят обычно ожив­ленными, веселыми, радостными, говорят о том, что жизнь — это праздник. В этом состоянии утрачивается чувство такта, больные становятся фамильярными, громко говорят, шутят, громко смеются, у них отсутствует чувство дистанции.

При нарастании маниакального состояния больные ста­новятся возбужденными, говорят без умолку, голосом, как правило, охрипшим, пытаются петь, танцуют, во все вме­шиваются, дают различные советы. Мышление становится настолько ускоренным, что больные не успевают высказать сразу полностью мысль, а выкрикивают только отдельные слова. Это состояние носит название “скачка идей” (figa idearum). В таком состоянии появляется масса планов, которые больные не успевают высказывать.

Из повышенного самочувствия, активности и продуктив­ности, по мнению В. А. Гиляровского, легко возникают бре­довые идеи величия. Чаще всего речь идет о болезненном преувеличении своих талантов, красоты, заслуг и достиже­ний. По содержанию эти идеи жизненны, но не соответст­вуют истинному положению больного. Так, один больной утверждал, что он играл чуть ли не самую главную роль в революции. После беседы с ним заявил: “Хорошо, не самую главную, но все же участвовал в революции”. При маниакальном состоянии не бывает нелепых, абсурдных бредовых идей. Больные высказывают идеи как бы шутя, легко могут от них отказаться. Эти идеи обычно не ока­зывают влияния на поведение больных.

Вегетативные расстройства, как и при депрессивных со­стояниях, характеризуются повышением тонуса симпатиче­ского отдела вегетативной нервной системы. У больных наблюдаются тахикардия, повышение артериального давле­ния, значительная потеря массы тела, у женщин отсутст­вуют месячные. Жалоб на соматическое состояние больные обычно не предъявляют, наоборот, испытывают необыкно­венное ощущение здоровья.

Выделяют несколько клинических вариантов маниакаль-


ного состояния: веселая мания (немецкий психиатр К. Лео-нгард назвал ее чистой манией), для которой характерно веселое радостное настроение — эйфория, сочетающаяся с прекрасным физическим самочувствием и переоценкой воз­можностей; экспансивная мания, при которой повышенное настроение сочетается со сверхценными идеями величия и стремлением к сверхактивной деятельности; гневливая ма­ния, при которой аффект характеризуется не эйфорией, а гневливостью, стремлением к деятельности, ускорением мышления. За больными с гневливой манией крайне трудно в отделении обеспечить уход, так как у них постоянно возникают конфликты. Из-за отвлекаемости больных кон­фликты быстро исчезают, но тут же появляются новые.

1.3.      Смешанные состояния

У 20% больных маниакально-депрессивным психозом наблюдаются смешанные состояния. Они могут возникать в период перехода из одной фазы в другую, при этом в клинической картине сочетаются симптомы, характерные для мании и депрессии. Например, депрессивное состояние сочетается с двигательным возбуждением и интеллектуаль­ным торможением, депрессия — с ускорением интеллекту­альной деятельности, наплывом мыслей и двигательной за­торможенностью. Мания может сочетаться с двигательной и интеллектуальной заторможенностью или только с интел­лектуальной заторможенностью (непродуктивная мания).

1.4.      Сравнительно-возрастные особенности
течения маниакально-депрессивного психоза

Маниакально-депрессивный психоз у детей. Очерченные клинически эндогенные аффективные фазы маниакально-депрессивного психоза не возникают ранее 12—14 лет, так как незрелость личностной структуры не допускает аффек­тивных заболеваний. Т. П. Симпсон наблюдала депрессив­ную фазу в двухлетнем возрасте. Однако аффективные расстройства у детей отличаются от состояний, наблюдаемых у взрослых, поэтому часто не оцениваются адекватно.

За последнее время накоплены клинические наблюдения, свидетельствующие о закономерностях формирования аф­фективных расстройств у детей. В клинических проявлениях аффективных фаз не содержится типичных симптомов, на­блюдаемых у взрослых. У детей ведущими являются веге-


тативные и соматические симптомы, характеризующие аф­фективные расстройства. Так, при депрессиях чаще наблюдаются нарушения сна и питания, сопровождающиеся вялостью, медлительностью. У детей отмечаются нарушения засыпания, ночные страхи, страхи темноты, жалобы на неприятные ощущения в теле, животе, груди. Обычно из­меняется внешний вид: больные выглядят бледными, утом­ленными, похудевшими, ухудшается аппетит до полного исчезновения, появляются запоры. Они отказываются от игр, контактов с другими детьми, капризны и плаксивы будто бы без причины.

У младших школьников собственно психический компо­нент депрессий более отчетлив: на фоне вегетативно-сома­тических нарушений появляются затруднения в обучении, они становятся медлительными, жалуются на слабость, ста­новятся менее общительными, хмурыми, молчаливыми, ча­сто появляется несвойственная ранее робость, застенчивость. Симптоматика часто нарастает волнообразно. Считается, что средняя продолжительность депрессивной фазы — 8— 10 нед.

Маниакальные состояния у детей, несмотря на атипич-ность проявлений, более заметны, чем депрессивные, так как обычно наблюдаются нарушения поведения. Свойствен­ные детям живость и веселость во время игр усиливаются, они становятся расторможенными и неуправляемыми. Ре­бенок неутомим, не знает меры в своей деятельности, не может соразмерить свои возможности.

Внешне дети выглядят оживленными: лицо часто гипе-ремировано, глаза блестят, постоянно раздается смех, речь ускорена.

Диагностика облегчается, если течение болезни стано­вится биполярным.

Маниакально-депрессивный психоз у подростков. В под­ростковом периоде после 10—12 лет клинические проявле­ния этого заболевания мало отличаются от проявлений у взрослых. В этом возрасте девочки заболевают в 3 раза чаще, чем мальчики; и заболевание начинается с депрес­сивной фазы, при этом обнаруживаются все типичные при­знаки фаз. У подростков имеют место заторможенность в моторике и речи, снижение активности, нерешительности, вялость, пассивность, появляется достаточно осознанное пе­реживание тоски, апатии, подавленности, грусти, скуки или тревоги, беспокойства, невозможности сосредоточиться, ин­теллектуальной притупленности. Наряду с этим у подрост-


ков появляются угрюмо-дисфорическое настроение, пере­оценка взаимоотношений с близкими и сверстниками и в связи с этим конфликтные взаимоотношения с суицидаль­ными мыслями и попытками из-за собственной малоценно-сти. Сами депрессии становятся более продолжительными и более сложными, сопровождаясь нестойкими бредовыми переживаниями.

При маниакальных состояниях наряду с гиперактивно­стью, повышенным самочувствием, стремлением к деятель­ности, неутомимостью и отвлекаемостью обнаруживаются психопатоподобные формы поведения. Именно эти расстрой­ства могут маскировать фазу маниакально-депрессивного психоза. У больных психопатоподобное поведение проявля­ется не только в нарушениях школьной дисциплины, но в алкоголизации, правонарушениях, агрессии. Такие больные грубы, развязны, с расторможенными влечениями и склон­ностью к различным эксцессам. Достаточно четко выступает сезонность фаз.

Маниакально-депрессивный психоз в позднем возра­сте. Э. Крепелин отмечал значительное увеличение час­тоты депрессивных состояний в позднем возрасте. Начало маниакально-депрессивного психоза в возрасте после 50 лет отмечается в 27% случаев и после 60 лет — в 8,8% случаев.

Несмотря на то что в литературе нет единого мнения о влиянии возраста на течение маниакально-депрессивного психоза, многими исследователями отмечается тенденция к усложнению и удлинению депрессивных фаз. Это связывают с присоединением ипохондрических переживаний, достига­ющих в ряде случаев ипохондрического варианта синдрома Котара.

В инволюционном возрасте наблюдается преобладание тревожно-ажитированных депрессий, склонных к затяжному течению. В этом и более позднем возрасте фазы маниа­кально-депрессивного психоза протекают наиболее тяжело и большинство больных нуждаются в госпитализации.

Маниакальные состояния в позднем возрасте встречаются реже, и обычно не наблюдается усложнения и утяжеления симптоматики. В ряде случаев отмечается гневливая мания с раздражительностью и конфликтностью. Чаще больные благодушны, суетливы, непродуктивны, иногда преобладает дурашливость с гиперсексуальностью, могут наблюдаться нелепые мегаломанические бредовые идеи, напоминающие бред при прогрессивном параличе.


Возникновение маниакально-депрессивного психоза в позднем возрасте свидетельствует об ухудшении прогноза в связи с затяжным течением, резистентностью к терапии и неполным выходом из болезненного состояния.

2. Этиология и патогенез

До настоящего времени этиологические факторы разви­тия маниакально-депрессивного психоза неизвестны, однако выявлено несколько закономерностей в развитии этого за­болевания. К ним относятся наследственное предрасполо­жение, биохимические и биологические изменения в орга­низме, возраст, пол и конституционные особенности. Этим факторам придается то или иное значение в различных предположениях развития заболевания, но в единую гипо­тезу они пока не объединяются.

Наследственному фактору придавалось большое значение еще Фальре и Э. Крепелином. Риск заболевания маниакаль­но-депрессивным психозом у сибсов и дизиготных близнецов составляет 20—25%, у монозиготных — 66—96%, в связи с этим высказывается предположение о доминантной пере­даче болезни с эффектом одного гена и его неполной пе-нетрантностью (F. Kallmann). Существует точка зрения, что именно пол определяет эту пенетрантность и именно у больных женщин. Высказывается гипотеза, что возможна связь сцепления генов, участвующих в развитии аффектив­ных психозов, с Х-хромосомой (М. Е. Вартанян).

Патогенез маниакально-депрессивного психоза связан с нарушением синаптической передачи в системе нейронов гипоталамуса и других базальных отделов мозга, которые связаны с формированием таких особенностей психики, как бодрствование, скорость психических реакций, фон настрое­ния, аффективные состояния. В центре внимания оказыва­лись аминовые системы дофамина, норадреналина, фенил-этиламина и серотонина. Возникновение депрессии пытались объяснить нехваткой нейромедиаторов (норадреналина и се­ротонина) в синаптических щелях. Это соответствовало ин-гибированию обратного захвата нейромедиаторов. трицик-лическими антидепрессантами. Однако постепенно выясни­лось более сложное и комплексное действие антидепрессантов, нельзя было не учитывать роль пре- и постсинаптических рецепторов и активность других фер­ментов, в том числе моноаминоксидазы.

Результаты биохимических исследований при маниа-


кально-депрессивном психозе противоречивы. По-видимому, основное биологическое нарушение состоит в дезинтеграции I комплексного взаимоотношения центральных систем, свя­занного со сдвигами и количественными отклонениями цир-кадных ритмов биогенных аминов и их метаболитов (К. Зай-дель, Р. Убельхак).

3. Дифференциальный диагноз

Для маниакально-депрессивного психоза характерны приступообразное течение (в виде фаз), полное восстанов­ление психического здоровья между приступами и отсутст­вие изменений личности после многократных приступов болезни. Каждый приступ характеризуется четкой связью и единством как психопатологических, так и вегетативно-соматических нарушений с явным преобладанием симпати-котонии. В отличие от маниакально-депрессивного психоза при периодической (рекуррентной) шизофрении чаще об-I наруживается несоответствие как между аффективными, [ двигательными и идеаторными расстройствами, так и веге­тативно-соматическими, при которых не наблюдается пре­обладания симпатикотонии.

При маниакально-депрессивном психозе чаще обнару­живается наследственное предрасположение: у родителей или близких родственников наблюдаются либо отчетливые приступы болезни, либо субклинические колебания настро­ения. Для этого заболевания характерны сезонный характер приступов с учащением их весной и осенью и суточные колебания настроения во время приступов, более отчетливые при депрессивных состояниях (в утренние часы депрессия бывает наиболее выражена, к вечеру состояние несколько улучшается).

4. Распространенность

Достоверных данных о распространенности маниакаль­но-депрессивного психоза нет. Это объясняется тем, что в поле зрения психиатров попадают только те больные, ко­торые нуждаются в госпитализации, и разная частота этого заболевания свидетельствует о диагностических разногла­сиях и различиях в понимании границ маниакально-депрес­сивного психоза.

Частота маниакально-депрессивного психоза среди насе­ления колеблется в пределах 0,07—7,0%. Состояния, от-


носящиеся к этому заболеванию, наблюдаются у 0,5—0,8% населения.

Женщины заболевают маниакально-депрессивным пси­хозом чаще, чем мужчины: среди больных 60—70% жен­щин, но при биполярном течении заболевания преобладают мужчины.

Болезнь может начаться в любом возрасте, но наиболее часто в зрелом и позднем.

5.      Прогноз

Прогноз при маниакально-депрессивном психозе в целом благоприятный, так как фазы болезни заканчиваются пол­ным восстановлением здоровья, социального статуса и тру­доспособности.

При затяжных фазах и при значительном сокращении светлых промежутков прогноз ухудшается. Это наблюда­ется и при континуальном течении, при котором наблю­дается переход из одной фазы в другую без светлых про­межутков.

Для оценки прогноза имеет значение возраст, к которому относятся начало заболевания, клинические проявления первой фазы. Отмечено, если первая фаза маниакальная, то статистически подтверждается монополярное течение с несколькими фазами.

При рано начавшемся заболевании с монополярными маниями к 50—60 годам может наступить выздоровление, при монополярных депрессиях это наблюдается реже, но частота фаз в пожилом возрасте уменьшается. Прогноз при биполярном течении хуже, реже наблюдается выздо­ровление.

У больных, страдающих маниакально-депрессивным пси­хозом, сравнительно часто наблюдаются соматические ос­ложнения, у них обнаруживаются гипертоническая болезнь и диабет.

6.      Лечение и профилактика

Лечение. Лечение при маниакально-депрессивном психозе как в маниакальной, так и в депрессивной фазе комплексное и состоит из биологической терапии, социо-и психотерапии.

Депрессивные состояния. Выбор лекарственных средств зависит от выраженности фазы, характера депрессивного


состояния и дополнительных симптомов, осложняющих те­чение депрессии. Г. Я. Авруцкий считает, что наличие де­прессивной фазы независимо от ее клинических особенно­стей требует интенсивного применения антидепрессантов трициклического ряда [имизина (мелипрамина) и амитрип-тилина] с быстрым увеличением суточных доз до 200— 250 мг, которые считаются достаточными, чтобы остановить развитие депрессивной фазы.

При тревожных депрессиях, особенно у пожилых боль­ных, к основной терапии трициклическими антидепрессан­тами целесообразно добавление анксиолитических нейро­лептиков типа тизерцина (нозинана) и хлорпротексена.

При безуспешной терапии антидепрессантами рекомен­дуется проведение электросудорожной терапии ОСТ) в те­чение 6—8 сеансов. Показанием к проведению ЭСТ явля­ются тяжелые депрессии со ступорозными состояниями, от­казами от еды, быстрой потерей массы тела и тяжелые ажитированные депрессии с упорными суицидальными мыс­лями и тенденциями.

При депрессиях с преобладанием идей самообвинения целесообразно сочетание амитриптилина с этаперазином, трифтазином, при адинамических депрессиях — с неболь­шими дозами нейролептиков.

Депривация сна применяется при лечении депрессивных состояний, больные полностью лишаются сна на 24 или 48 ч. Предполагают, что при депривации сна ночной ацидоз задерживает экскрецию серотонина и его концентрация со­храняется на высоком уровне всю ночь, с чем связывают улучшение настроения.

При длительном и безрезультатном лечении больных с депрессивными состояниями антидепрессантами (резистен­тные формы) показана резкая отмена препаратов. За 2—3 нед до отмены увеличивают дозы препаратов с обязательным использованием препаратов холинолитического действия: трициклических антидепрессантов, корректоров, хлорпро-тиксена и других нейролептиков.

Одномоментная отмена психотропных препаратов сопро­вождается своеобразным соматоневрологическим симптомо-комплексом, получившим название синдрома отмены: раз­личные нарушения сна, соматовегетативные и неврологи­ческие расстройства, тошнота и рвота, анорексия, потливость, экстрапирамидные изменения, повышение мы­шечного тонуса, тремор, акатизия. Эти расстройства наи­более выражены к 3—4-му дню и к концу недели редуци-


руются. Для купирования вегетативных расстройств исполь­зуются транквилизаторы бензодиазепинового ряда, при вы­раженных экстрапирамидных нарушениях назначают пира-цетам в суточной дозе до 2400 мг (циклодол назначать не рекомендуется, так как это может уменьшить эффект отмены). В некоторых случаях для преодоления резистентного к терапии течения применяют повторные отмены препаратов.

Маниакальные состояния. Терапия маниакальных со­стояний должна быть комплексной и включать назначение нейролептических препаратов и солей лития.

До сих пор одним из наиболее эффективных препаратов при лечении маниакального состояния является аминазин, который оказывает выраженное седативное влияние на дви­гательное и идеаторное возбуждение. Аффективные рас­стройства подвергаются редуцированию вторично. Дозы аминазина варьируют от 100 до 600 мг/сут, в комбинации с пипольфеном — 150 мг/сут.

Принято считать, что введение в практику производных бутирофенона (галоперидол и триседил) — это новый этап в лечении маниакальных состояний. Для купирования ма­ниакального состояния рекомендуется при пероральном при­менении до 100 мг/сут, при внутримышечном — 20— 40 мг/сут.

Триседил является мощным средством купирования ма­ниакального возбуждения, назначают большие дозы препа­рата — до 45 мг/сут перорально и до 20—25 мг/сут внут­римышечно. Отмечено, что малые дозы триседила дают стимулирующий и тимолептический эффект, который вы­ражается в усилении двигательной расторможенности, раз­дражительности и гневливости.

Большой успех в лечении маниакальных состояний имело введение солей лития. При применении их в отличие от нейролептиков поведение упорядочивалось не за счет седа-тивного эффекта, а за счет влияния на саму манию, с редуцированием ее проявлений.

Соли лития действуют медленнее, чем нейролептики (эффект от применения карбоната лития наступает к 5— 10-му дню, оксибутирата лития — к 2—5-му дню), поэтому рекомендуется начинать лечение с нейролептиков, посте­пенно присоединяя соли лития.

Лечение карбонатом лития рекомендуется начинать с 0,8 г/сут, постепенно повышая дозу за 4—5 дней до 1,6— 2 г/сут. Эффект терапии обусловлен достаточной концен­трацией лития в плазме крови. Концентрация определяется


утром натощак и должна быть при поддерживающей терапии 0,6—0,8 ммоль/л, при купировании маниакального состо­яния она может быть выше 1,2 ммоль/л, в ряде случаев доходя до 1,6 ммоль/л в крови. Появление стойкой тошноты и литиевого тремора после продолжительного приема лития указывает на передозировку и требует снижения дозы.

Для парентерального введения существует единственный отечественный препарат оксибутират лития (растворимая в воде соль). В ампулах по 2-мл 20% раствора содержится 400 мг оксибутирата лития. Препарат является активным психотропным средством. Он обладает антиманиакальными свойствами лития и транквилизирующим действием гамма-оксимасляной кислоты (ГОМК).

Начинать терапию целесообразно с небольших доз (800— 1200 мг/сут), постепенно увеличивая их на 400—800 мг до достижения клинического эффекта. Концентрация лития в крови не должна превышать 0,8—1,0 ммоль/л.

При лечении маний и депрессий применяется карбама-зепин (финлепсин, тегретол). Терапевтический эффект на­ступает быстро. Применяются дозы 600—1000 мг/сут. Кон­центрация 6—12 г/л обычно достаточна для получения терапевтического эффекта.

Профилактика. Применение лекарственных препаратов для профилактики фаз маниакально-депрессивного психоза зависит от характера течения заболевания: монополярного или диполярного. При монополярном течении с депрессив­ными состояниями применяют антидепрессанты в качестве поддерживающей или профилактической терапии. Профи­лактическая терапия трициклическими антидепрессантами предотвращает депрессивные приступы.

Профилактическая терапия солями лития эффективна при наличии маниакальных приступов и реже — депрес­сивных, поэтому при преобладании депрессивных фаз ре­комендуется сочетание солей лития с небольшими дозами амитриптилина.

Применение лития с целью профилактики начинается с небольших доз — 300—600 мг/сут с постепенным повыше­нием до 900—1200 мг/сут. Концентрация лития в крови должна быть 0,6—0,8 ммоль/л.

В последние годы для профилактики фаз маниакально-депрессивного психоза используются некоторые антикон-вульсанты: финлепсин (тегретол), конвулекс. Благодаря хо­рошей переносимости, достаточной эффективности не толь­ко при биполярных аффективных расстройствах, но и при


монополярных периодических депрессиях предпочтение от­дается финлепсину.

Финлепсин вначале назначают в дозе 0,2 г/сут, затем постепенно ее увеличивают до 0,6—0,8—1,2 г. Считается, что финлепсин оказывает такое же профилактическое дей­ствие, что и соли лития.

6.1. Лечение и профилактика

маниакально-депрессивного психоза у детей и подростков

Многие авторы отмечают, что большинство детей доста­точно хорошо переносят лечение психотропными препара­тами и в связи с быстрым выведением лекарств из организма для достижения терапевтического эффекта необходимы зна­чительные, превышающие средневозрастные, дозы лекарств.

При лечении депрессивных состояний у детей чаще пользуются антидепрессантами с седативным действием. Для активизации ребенка применяют паразидрл, эгланид, ноотропы, малые дозы амитриптилина. В связи с тем что у детей часто отмечаются добавочные симптомы, исполь­зуются малые дозы нейролептиков и транквилизаторы.

Для лечения маниакальных и гипоманиакальных состо­яний применяются нейролептики антиманиакального дей­ствия: галоперидол, тизерцин, сонапакс, неулептил, лепо-некс в сочетании с терапевтическими дозами солей лития.

Для профилактики аффективных доз у детей ис­пользуются препараты солей лития, которые в большинстве случаев эффективны при монополярных маниакальных со­стояниях и биполярных фазах, но, как и у взрослых, ока­зываются неэффективными при периодических и затяжных депрессиях.

В результате проведенных исследований выявлены сроки, необходимые для проведения профилактической терапии у детей: если болезнь дебютировала до 10-летнего возраста, то профилактическая терапия литием может быть прекра­щена по миновании пубертатного возраста и после наступ­ления юношеского возраста, если манифестные аффектив­ные расстройства возникли в пубертатном.

При имеющихся соматических противопоказаниях к при­менению солей лития для профилактики используется фин­лепсин, однако, как отмечается при длительных исследо­ваниях, для достижения эффекта требуются сравнительно большие дозы этого препарата.


7. Экспертиза

Трудовая экспертиза. Во время приступов (фаз) болезни больные нетрудоспособны и нуждаются в активном лечении в стационаре или амбулаторно. При затяжных фазах или континуальном течении возникает вопрос о пе­реводе больных на инвалидность. Вне приступов трудоспо­собность восстанавливается.

Судебно-психиатрическая экспертиза. Ре­шения судебно-психиатрической экспертизы зависят от кли­нических проявлений аффективных состояний. В маниа­кальном состоянии больные могут совершать различные необдуманные поступки: уход с работы, расторжение и за­ключение брака, обмен квартиры, переезд в другой город и т. д. При гневливой мании возможны агрессивные дейст­вия, конфликты, сопровождающиеся оскорблением окружа­ющих и квалифицирующиеся как хулиганские действия, в связи с которыми больных привлекают к уголовной ответ­ственности. Вопрос о вменяемости определяется тяжестью аффективных расстройств, достигающих или не достигаю­щих психотического уровня.

В депрессивной фазе больные могут совершать суици­дальные попытки, носящие характер расширенных само­убийств. Возможны самооговоры депрессивных больных, обусловленные бредовыми идеями самообвинения.

При совершении общественно опасного действия в пе­риод аффективной фазы психотического уровня больные признаются невменяемыми в отношении инкриминируемо­го деяния и направляются для лечения в психиатрическую больницу.

При судебно-психиатрической экспертизе в гражданском процессе возникает вопрос о признании недействительным того или иного гражданского акта, совершенного больным в психотическом состоянии. Для правильной экспертной оценки весьма важно оценить начало фазы, ее глубину и выраженность во время совершения гражданского акта. Если психические нарушения наблюдались на непсихотическом уровне, то совершенная сделка не теряет юридической силы (И. Н. Боброва).

Больные, страдающие маниакально-депрессивным пси­хозом, признаются негодными к прохождению военной службы.